В Алматы прокурор требует реальные сроки для блогеров Жанабылова и Толегеновой
Прокурор запросил реальные сроки для блогеров Жанабыловых
В ходе судебных прений старший помощник прокурора Олжас Хайруллаев запросил для блогеров Ерболата Жанабылова и Эльмиры Толегеновой реальные сроки. Государственный обвинитель отметил, что более мягкое наказание не будет соответствовать принципам законности и справедливости.
"Применение иного, более мягкого вида наказания, чем лишение свободы, не обеспечит исправление подсудимых вне условий изоляции и не выполнит функцию предупреждения новых преступлений. Назначение реального лишения свободы является единственным видом наказания, способным восстановить социальную справедливость", — сказал он.
Сторона обвинения также попросила учесть наличие у подсудимых малолетних детей как смягчающее обстоятельство, при этом отягчающих обстоятельств не установлено.
Запросы по наказанию для Ерболата Жанабылова
Прокурор запросил признать Ерболата Жанабылова виновным по двум статьям Уголовного кодекса:
- По пункту 2 части 2 статьи 214 Уголовного кодекса ("Незаконное предпринимательство") — 2 года и 6 месяцев лишения свободы с конфискацией имущества.
- По пункту 1 части 2 статьи 218 Уголовного кодекса ("Легализация (отмывание) денег и (или) иного имущества, полученных преступным путем") — 4 года лишения свободы с конфискацией имущества.
По совокупности уголовных правонарушений сторона обвинения попросила назначить Жанабылову 4 года лишения свободы в учреждении минимальной безопасности с конфискацией имущества. Также прокурор предложил изменить меру пресечения с домашнего ареста на заключение под стражу.
Запросы по наказанию для Эльмиры Толегеновой
Аналогичное наказание прокурор запросил и для Эльмиры Толегеновой, при этом она должна быть приговорена к 4 годам лишения свободы с конфискацией имущества. Хайруллаев попросил отсрочить исполнение наказания на один год в соответствии со статьёй 74 Уголовного кодекса для женщин, имеющих детей до 14 лет. Меру пресечения в отношении Толегеновой предложили изменить с домашнего ареста на подписку о невыезде.
Конфискация имущества и гражданский иск
Сторона обвинения также заявила гражданский иск о взыскании с подсудимых дохода, полученного незаконным путём, в размере 247 миллионов 550 тысяч тенге. Прокурор попросил конфисковать имущество, приобретенное на преступные средства, включая 17 телефонов iPhone 16 и восемь автомобилей Hyundai Elantra. Также было предложено сохранить арест на автомобили Lamborghini Urus и Lexus LX600 для обеспечения исполнения приговора.
Кроме того, прокурор запросил взыскать с подсудимых принудительный платеж в Фонд компенсации потерпевшим в размере 20 МРП (86 500 тенге в 2026 году).
14 апреля в суде Эльмира Толегенова частично признала вину, в то время как Ерболат Жанабылов заплакал в суде и также частично признал вину, выразив недоумение по поводу своей ситуации.
"Я просто не понимаю, почему именно мы? Это очень тяжело даётся нашим матерям, нашим родителям. Я не понимаю: может, мы кому-то дорогу перешли? На моём месте может оказаться каждый. Не сегодня, так завтра. Я не желаю даже своим врагам оказаться в такой ситуации и стоять здесь, перед судом", — сказал он.
Судебное разбирательство
16 марта в Астане началось главное судебное разбирательство по делу блогеров Ерболата Жанабылова и Эльмиры Толегеновой. Супруги выступили против видеосъемки и фотографирования их во время судебных слушаний, ссылаясь на вопросы, которые задают их детям в школе.
"У меня старший ребёнок ходит в школу, и моему ребёнку задают неуместные вопросы касательно нашей личной жизни", — объяснила Толегенова.
Адвокат блогеров подала ходатайство о проведении судебного разбирательства в закрытом режиме, однако суд отказал в удовлетворении этого ходатайства. В ходе заседания прокурор зачитал обвинительный акт, согласно которому призы и подарки, демонстрируемые Жанабыловыми, приобретались за счёт денег участников, тогда как в рекламе создавалось впечатление, что призовой фонд формируется за счёт собственных средств организаторов.
Сами Жанабылов и Толегенова воздержались от ответа на вопрос судьи о признании вины.
