Иранцы продолжают жить в условиях неопределенности и подавленности после январских протестов, которые не принесли ожидаемых изменений. Несмотря на то, что Иран постепенно уходит из мировых новостей, для самих иранцев ситуация остается напряженной и сложно
Иран переживает сложный период после массовых протестов, начавшихся в конце декабря 2025 года на фоне девальвации иранского риала и резкого роста цен. Протесты быстро переросли в антиправительственные выступления, охватившие всю страну. В ответ на это власти обвинили внешних противников в организации протестов и объявили мобилизационные акции в свою поддержку.
Текущая ситуация в Иране
С 8 января 2026 года, после первой волны протестов, Иран был отключен от глобальной сети, и связь с гражданами внутри страны стала практически невозможной. Однако несколько дней назад интернет и мобильная связь начали частично восстанавливаться.
По данным правозащитников, самая жестокая фаза подавления протестов пришлась на 8–9 января 2026 года. Журнал Time сообщал о 30 тысячах погибших, в то время как официальные данные утверждают, что более трех тысяч человек погибли во время протестов. Amnesty International сообщает о тысячах задержанных, находящихся в зоне высокого риска пыток и возможных длительных сроков заключения.
Протестующие в Иране, скриншот сюжета Euronews
Сейчас, когда связь восстанавливается, становится яснее, как выглядели самые активные дни протестов. Несмотря на жесткие блокировки, иранцы находили способы сообщать о происходящем. Мировые медиа публиковали фотографии с митингов и тел погибших, по предварительным данным, во время столкновений с силовиками.
Погибшие во время протестов в Иране, скриншот сюжета на DW
Один из жителей Мешхеда, который просит не называть его имени, делится своим опытом. Он использовал сим-карту соседней страны и ловил местные сети, чтобы поддерживать связь с бизнес-партнерами. Мужчина, далекий от политики, говорит, что даже в его семье есть погибшие, и подчеркивает, что их смерть произошла после активных протестов.
"У нас всё очень-очень плохо, — признаётся он. — Вся наша большая семья собралась в одном доме. Мы все должны быть рядом, если что-то начнётся. Молитесь за нас".
Он также выражает опасения по поводу возможного удара США по Ирану. Когда протесты только начинались, Дональд Трамп призвал иранцев занимать правительственные здания и заявил, что "помощь уже в пути". Однако позже он изменил риторику, заявив, что под давлением США иранские власти якобы отменили 800 казней.
"Судебная система Ирана — независимый орган и не принимает приказов от иностранцев", — ответил генеральный прокурор Ирана Мухаммад Мухаведи Азад.
Иностранная помощь и её восприятие
Житель Мешхеда считает, что ситуация в Иране зашла в тупик, и хотя он не поддерживает режим аятолл, опасается, что вмешательство других стран может привести к ещё большей катастрофе.
Гражданский активист, живущий за пределами Ирана, объясняет, что в иранском обществе нет единого мнения по поводу иностранной помощи. Часть населения считает, что внешнее вмешательство служит интересам внешних сил, а не людей, в то время как другая часть полагает, что без внешней поддержки власть способна на масштабные репрессии.
"Иранское общество не имеет единого взгляда на иностранную помощь; к ней относятся с глубоким скепсисом. Часть населения считает, что внешнее вмешательство в итоге служит интересам внешних сил, а не людей, и исторический опыт только подтверждает это мнение. Другая часть полагает, что без внешней поддержки власть способна на масштабные репрессии и массовые убийства, а у гражданского общества в одиночку нет инструментов сопротивления".
Среди иранской диаспоры также нет согласия по поводу иностранной помощи. Раджаби подчеркивает, что помощь может быть легитимной и эффективной только в том случае, если она адресная и согласована с реальными внутренними силами.
"Главный фокус должен быть на ослаблении институтов репрессий — структур, специально созданных для контроля улиц и подавления протестов. Без такой точности внешнее вмешательство рискует породить нестабильность", — уточняет он.
Помимо этого, помощь не должна быть исключительно военной или политической. Активист предполагает, что обеспечение людей внутри Ирана интернетом могло бы быть более эффективным, чем символические заявления.
Журналист Дариюш Раджабиян отмечает, что многие иранцы удивлены отсутствием сочувствия со стороны международного сообщества после гибели тысяч людей. Он также указывает на беспрецедентную жестокость, с которой столкнулся народ в Иране, и на то, что настоящей помощью мог бы стать стабильный интернет.
"Иран — не единственный случай в этом плане. Мы видели, как недавно глава венесуэльской оппозиции запрашивала военное вмешательство Трампа для устранения Николаса Мадуро от власти. Подобные запросы давали также оппозиционные силы Ирака времён Саддама, Ливии — времён Каддафи, Сирии — времён Асада и прочие. То есть те, кто считали (или считают), что не способны свергнуть действующий режим самостоятельно. Хотя далеко не всё оппозиционно настроенное население Ирана придерживается этой отчаянной позиции".
Противники внешнего вмешательства указывают на негативные последствия, которые оно может иметь, и сравнивают с ситуацией в других странах, таких как Афганистан, Ирак и Ливия.
По словам Раджабияна, опасения хаоса и раздробления страны после военного вмешательства иностранной державы остаются актуальными. Он также подчеркивает, что нет гарантии, что вмешательство не приведет к власти военного правительства.
Поддержка власти в Иране
На фоне протестов власти Ирана начали демонстрировать в СМИ акции в свою поддержку. По официальным данным, 12 января в стране прошли массовые акции против "мятежников". В своем обращении к народу 17 января Хаменеи заявил, что именно протестующие проявляли жестокость, а не власти.
Во время акции поддержки власти, 12 января 2026 года. Скриншот сюжета государственного агентства Tasnim
Эксперты отмечают, что в стране действительно есть люди, поддерживающие правительство, хотя их число может быть незначительным.
"Несколько миллионов людей в Иране прямо или косвенно получают деньги от государства. Часть из них поддерживает власти, но не из-за идеологии, а из-за страха: многие считают, что в случае смены системы их ждёт расправа. Это восприятие подпитывается нарративами в медиа и отсутствием понятного образа будущего", — говорит активист Джабир Раджаби.
По его словам, радикальных исламистов в Иране почти нет, и ислам в стране больше является частью культуры. Активная и искренняя поддержка власти, по его оценкам, составляет около 15–20 процентов населения.
Журналист Дариюш Раджабиян также указывает на высокую степень недовольства среди населения. По данным опроса, проведенного правительством, 92 процента иранцев недовольны текущим положением дел.
"Проведение референдума для переопределения политического строя страны — одно из первых требований внутренней оппозиции в Иране, однако власти никогда не решались пойти на этот шаг по понятным причинам", — добавляет он.
Последствия протестов
После восстановления связи журналисты и правозащитники начали получать больше информации от очевидцев событий. По словам Дариюша Раджабияна, среди протестующих господствует отчаяние, и это может привести к новым протестам.
5 февраля The Wall Street Journal сообщила о новой волне протестов в Иране, когда люди, возмущенные массовыми убийствами, продолжают высказываться против властей. Например, родственники погибших выкрикивают антиправительственные лозунги на похоронах.
"Главное долгосрочное последствие состоит в том, что исламский режим в Тегеране утратил свою легитимность в глазах общества после беспрецедентного насилия, которое было использовано против собственного же населения. Понятно и то, что протесты не заканчиваются: они могут возобновиться в любой момент".
По словам востоковеда, иранцы ещё не до конца осознали, что произошло, и многие из них говорят о катастрофе, которая навсегда войдёт в историю Ирана как страшная трагедия.
Влияние событий в Иране на Центральную Азию
Несмотря на близость Ирана к Центральной Азии, протесты не стали главной темой для обсуждения в регионе. Эксперты отмечают, что в Центральной Азии нет единой позиции по поводу событий в Иране.
"По событиям в Иране в Центральной Азии не сложилось единой позиции. Все придерживаются международного права, международной публичной политики, признания территориальной целостности и недопущения внешнего вмешательства".
Эксперты также подчеркивают, что события в Иране не окажут значительного влияния на соседние регионы, но если ситуация усугубится, это может привести к нестабильности.
Несмотря на отсутствие прямых угроз, Центральная Азия испытывает убытки от невозможности работать с Ираном из-за санкций. Эксперты отмечают, что открытый Иран был бы выгоден для региона, особенно для Казахстана, который заинтересован в торговле с Ираном.
Международная изоляция негативно сказывается на Иране и его населении, и эксперты подчеркивают, что санкции не способствуют развитию внутреннего производства, а наоборот, вызывают ненависть к государству.
В конце прошлой недели в Омане прошли переговоры между Ираном и США, основная тема которых касалась ядерной программы Ирана. Однако вскоре после этих переговоров Госдепартамент США объявил о новых санкциях против Ирана.
-
Пламя в больнице: детская ночь под угрозой12-04-2026, 12:25 10
-
Авто из США: как купить выгодно и без рисков21-03-2026, 11:09 112